Рождество, какое оно?

от

Я не открою вам большой секрет, если скажу, что я очень люблю новогодние праздники, люблю предпраздничную суету, наряженные елки, светящиеся разноцветные гирлянды, накрытый скатертью стол, зажженные свечи. Подарки в разноцветных пакетах под елкой, запахи корицы, имбиря и свежих огурцов, исходящих из кухни, где идет непрерывная подготовка к празднику.
Не знаю, кто привил мне эту любовь ко всем праздникам, но точно помню, что это пришло из моего детства. Конечно, не было у нас дома такого размаха, но елки наряжались каждый год на моей памяти, и подарки дарились абсолютно всем.
Я попала в Хьюстон в 2014 году накануне католического Рождества. Это была моя последняя деловая поездка в США с делегацией из Узбекистана. Переговоры прошли успешно, настроение было прекрасным. Вся наша группа остановилась в лучшей гостинице в центре города, рядом с легендарным огромным трехэтажным торговым центром под стеклянной крышей, именуемым «Галерея».
Нам всем тогда казалось, что и бизнес, и фирма – производитель оборудования, и будущее узбекское предприятие, и наши взаимные визиты – все это будет вечным, всегда успешным и надежным. Мы, гости, пребывали в полной эйфории после подписания всех необходимых документов, деловых обедов и после взаимных поздравлений с наступающим Новым годом и Рождеством. Оставалось только купить подарки своим близким и не забыть про себя.
Представить себе наступление Нового года в Хьюстоне очень сложно, там почти всегда лето. Плюс двадцать четыре градуса, солнце светит, все вокруг зеленое — деревья, кусты, а цветы так и вообще на всех клумбах. Местные жители в канун Нового года одеты в легкие брюки или даже шорты, в сорочки с короткими рукавами, кроссовки или вьетнамки. Женщины тоже в летних платьях и открытых босоножках.
Но торжество в США еще никто пока не отменял, праздник есть праздник.
Участники нашего проекта разбежались по Галерее. Все пролеты в торговом центре были украшены искусственной хвоей с яркими елочными игрушками, у входа в каждый магазин стояла елка оригинального дизайна и цвета. Везде в киосках Галереи продавались рождественские сувениры и елочные украшения на любой самый изысканный вкус – от бумажных и пластмассовых до керамических и стеклянных. Суета была необыкновенная, родители выбирали подарки детям, дети катались на катке с искусственным льдом, мужчины, еле выдерживая такие многочасовые испытания, снисходительно посматривали на своих жен, предпочитая стоять как можно ближе к киоскам, где продавали пиво и чипсы.
В многолюдном месте центральной части Галереи соорудили дом Санта Клауса, где была самая большая красавица елка, сияющая разноцветными игрушками и огнями гирлянд. Под елкой сидели искусственные зайчики, лисички и белочки, все они охраняли многочисленные коробки — имитацию настоящих новогодних подарков, обернутые в блестящую разноцветную фольгу.
Перед елкой на скамейке расположился Санта. Он был настоящим добродушным дедушкой с большими карими глазами, румяными щеками, с белой бородой, бровями и усами, в очках, в самом настоящем зимнем праздничном красном новогоднем костюме и в бархатной алой шапке с помпоном, отороченной искусственным белым мехом. Рядом с ним располагались небольшие сани полные красочных подарков. Вся территория вокруг его импровизированного дома была усыпана искусственным снегом. Были даже и сугробы. Дедушке было жарковато в шубе, он время от времени вытирал пот со лба, но при этом, он не переставал улыбаться детям и взрослым.
Я замерла, увидев этот оазис временного счастья. Дети и взрослые фотографировались на память, предварительно поставив за скамейкой Санты свои подарки, а Санта вручал их детям. Надо было видеть этих маленьких счастливых разноцветных деток, афроамериканцев, мексиканцев, эмигрантов из Старого Света, китайцев и японцев, смотрящих на Санту как на сказочного, но при этом живого реального героя. Они его обнимали, что-то ему шептали на ухо, целовали. А родители, полные умиления, наблюдали проявление непосредственных эмоций и радости своих детей. Фотографы не успевали делать снимки.
Но времени было мало, надо было бежать дальше и всем домочадцам купить подарки к Новому году. Через сто метров от дома Санты по центральной галерее стоял огромный ханукальный подсвечник. Праздник Хануки по срокам отмечается почти всегда накануне католического Рождества. В тот день был второй день праздника, зажжены были две свечи. У подсвечника стояли дети из еврейской диаспоры со своими подарками и фотографировались на фоне этого арт объекта.
А на катке рассекали коньками ледовое поле абсолютно все- дети, взрослые и помощники Санты, эльфы с голубыми воздушными крыльями. Из бесчисленного множества кафе доносились запахи кофе, имбирных пряников, апельсинов и мандаринов.
Я быстро справилась со своими заданиями и возвращалась вдоль праздничной аллеи торгового центра с десятком пакетов различных подарков. Не знаю, но что-то потянуло меня к этому симпатичному Санте, мне очень захотелось с ним сфотографироваться на память. Я уточнила у фотографа сколько минут мне надо будет подождать готовых фотографий и сколько они будут стоить.
Я приготовилась, уложила свои многочисленные пакеты за скамейкой Санты и подошла к нему. Скамеечка его оказалась довольно узкой, предназначенной для маленьких детей и хрупких худых родителей. Я на ней не смогла бы уместиться. Я встала рядом с сидящим улыбающимся Сантой.
— Мэм! Прошу прощения, вы плохо встали, сейчас я вас правильно расположу.
Фотограф явно пытался меня повернуть как можно лучше к свету.
— Дорогая! Откуда вы? — поинтересовался Санта.
-Я из России, из Москвы.
— Значит, у вас там настоящий снег и мороз, зима, настоящий Баббо Натале, мой брат. И ваш Путин. Но он мне не родственник.
— Нет, caro Санта, у нас в Москве твой другой брат- Дед Мороз, а Баббо Натале в Италии. А Путин в это время сидит у себя в резиденции на Севере, на Валдае, далеко от Москвы.
-Дорогая! Садись мне на колени, это будет лучшим решением для фото.
Я даже представить себе не могла такого поворота событий. В моей голове пронеслась мысль, какой же этот Санта пошлый. Как он мог себе представить, что я, взрослая женщина, уже бабушка, весом почти в сто килограммов, могу плюхнуться к нему на колени. Я хотела ему резко ответить и вообще уйти, но он, вдруг мне сказал:
-Садись дорогая, мне не будет неудобно и не будет больно.
Фотограф тоже кивнул мне в знак согласия. В их взглядах не было ни одной крупицы пошлости.
Я подошла и села на указанное мне место. Оно оказалось ровной металлической поверхностью, прикрытой шубой Санты. У мужчины не было ног, он был инвалидом.
Я обняла его, этого улыбающегося, добрейшего Санту и крепко поцеловала. И тут он вытащил из-под скамейки маленького игрушечного плюшевого белого мишку и вручил его мне, взрослой женщине с такой извращенной психикой. Я как ребенок расплакалась от неожиданности и одновременно от радости. Как в это время работал фотограф я и не замечала.
Откуда это у нас в крови? Откуда растут эти корни сомнений? Этот вечный страх и подозрения, что кто-то должен обязательно объегорить, наколоть, обмануть, провести и использовать. Это вечное недоверие и паранойя видеть в людях что-то нехорошее.
На стойке выдачи готовых фотографий размещалось объявление в рамке о том, что все средства, потраченные на фото, идут в Фонд помощи инвалидам.
Я часто смотрю на эти замечательные фотографии, вспоминаю свое пребывание в Хьюстоне. Там живут очень хорошие люди, среди них и все мои многочисленные друзья…
2015 год.

Рождество, какое оно?

от | Янв 11, 2021 | Авторские публикации

2 комментария

  1. avatar

    Юля, спасибо! Мне очень понравился рассказ про Рождество и Хьюстон. Пишу комментарий с легким сердцем, искренне. Настроение момента передано очень хорошо. Почему-то сразу вспомнились образы, созданные Джулией Робертс и Сьюзан Сарандон в фильме «Мачеха», и это несмотря на то, что главный герой твоего повествования — не красавицы актрисы, а безногий инвалид в роли Санты, Именно этот факт я бы отметил сейчас особо. Состояние ожидания рождественского чуда у американцев любого происхождения, вероисповедания и совершенно разных физических возможностей отражает особенности национального характера, подчеркивает, ЧТО ИМЕННО является за океаном национальной идеей — создать хорошее настроение окружающим хорошо сделанной работой, своим поступком, делом, пускай даже самым незначительным (события последних дней и недель в Вашингтоне не в счет, так как при их оценке мы отбрасывем сверх высокие и крайние нижние численные и качественные характеристики — сами усреднят и разберутся без нас). Очень хорошо, что тебе удалось почувствовать эту человеческую радость, желание незнакомых людей творить добро и зарядиться надолго сутью столь, быть может, незначительного эпизода, участницей которого ты стала. Мне доставило большое удовольствие написать отклик на твой трогающий душу рассказ, так как сам был свидетелем и участником рождественских праздников в том же 2014 году в Таллине, а пару лет назад и в Нью Йорке. East & West — Home is Best — это, безусловно, правильно, но я не чувствовал себя чужим среди незнакомых мне людей в те праздничные дни. Может быть, когда все образуется, мы с Мариной снова сможем очутиться в Рождественской сказке, рядом с улыбающимися незнакомыми людьми, около ярких витрин магазинов и красиво украшенных разноцветными гирляндами огней игрушечными оленями в каждом дворе «одноэтажной Америки» и на улицах большого города…и даже послушать «Травиату» в исполнении финской оперной дивы в театре, где пел когда-то любимый мною Георг Отс… .

    Ответить
  2. avatar

    Дорогой Ося! Спасибо огромное за точно отмеченную тобой главную идею рассказа.
    Сколько таких случаев было в моей жизни, как они для меня ценны….

    Ответить

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *