Рождественский забег

Меня, любителя бега и путешествий, привыкшего перед сном прочитывать главу из Библии, впечатлило известие о Тверийском марафоне вдоль берега озера Кинерет, именуемого еще и Галилейским морем. Здесь, согласно библейским преданиям, ловили рыбу будущие апостолы Андрей и Петр, а по воде ходил сам Иисус Христос. В сообщении говорилось, что во время того пробега, несмотря на январь, выдалась необыкновенная жара, на которую организаторы не рассчитывали, и марафонцы, бегущие у озера с чистой пресной водой, мучились от ее жестокой нехватки.
Я живо представлял себе эту картину. В моем воображении, измученные жаждой бегуны мужественно взбирались на Голгофу. А, ведь, марафон и есть маленькая Голгофа, испытывающая волю каждого участника. Мне захотелось оказаться там, пережить все это и описать, как героическое восхождение рядом с воображаемым Христом. Но следующий пробег в Тверии намечался только через год. И, так получилось, что я, бегая ежегодно по 12-15 марафонов, увлекся другими забегами и отложил мечту на потом. А потом случилась травма колена, приведшая к протезу, да и годики неумолимо накатывали, и я смирился с тем, что время для осуществления этой хрустальной мечты упущено.
В декабре 2016 года на тренировке в Крыму в необычный для тех мест гололед я поскользнулся, неудачно упал и оказался в отделении нейрохирургии местной больницы с сотрясением мозга и невидящим левым глазом. Зрение. восстанавливалось медленно, колено без тренировок теряло подвижность. Естественно, что настроение было неважным.
Тем временем приближалось Рождество. Прямо накануне его должен был опять состояться очередной Тверийский марафон. А я страдал от недостатка нагрузки и чувствовал, что для успешного лечения мне нужен был внешний толчок, а, может быть,… и помощь свыше. Тверийский марафон и рождественское паломничество по святым местам – вот те лекарства, которые должны помочь! И я рванул в Израиль, в котором, обежав чуть не весь свет, никогда не бывал.
Времени было в обрез. И я все тщательно продумал: вылетаю утром из Шереметьева, от аэропорта Бен Гурион на электричке и автобусе к вечеру добираюсь до гостиницы в Тверии, получаю стартовый номер, ложусь спать и рано утром свеженький выхожу на пробег.
Сказочное путешествие в мечтах уже началось. Ну, а какая же сказка без темных сил? И они, конечно, вмешались. За день до вылета пришло сообщение на телефон, что на забронированный мной рейс уже открыта регистрация. «Прекрасно!»- подумал я, зная, что она заканчивается за 40 минут до вылета. Я собрался с вечера, встал в 5 утра и приехал в аэропорт заблаговременно, чтобы избежать любых случайностей.
Подаю паспорт на стойке регистрации, а мне говорят:
– Что же вы вчера не зарегистрировались? Ваше место занято, можете лететь следующим рейсом.
– Да, как же так?! Бронь же оплачена! Кому отдали мое место? Я опаздываю на пробег! У меня теряется весь смысл поездки…
– Опаздываете? Теряется смысл? Не летите – мы вернем вам деньги.
Я, как ужаленный, бегаю по начальству, протестую – напрасно. Остываю и начинаю искать выход. Следующий самолет вылетает через 12 часов и приземляется в полночь, когда общественный транспорт уже не будет ходить. Мне придется ехать через всю незнакомую страну на такси. На ночной отдых останется два-три часа. Зря сын забронировал мне хороший номер в гостинице. Да если бы я знал, что лечу вечером, то не отказался бы от похода с друзьями в баню с бассейном!… Впрочем, туда я еще могу успеть. Но тащиться в баню из аэропорта с дорожным чемоданом и без купальных принадлежностей?… Э. Рязанов мог бы сделать из этого третью серию комедии «С легким паром», но мне было не до комедий. Я чувствовал себя, как у разбитого корыта…
Не знаю, может быть, моему ангелу-хранителю надоело это безобразие? Аэрофлот решил немного исправиться и предложил мне провести время в шикарном гостиничном номере с обедом в ресторане. Оказалось, что я имел право пользоваться фитнес-центром с финской и турецкой банями и бассейном, в котором плавал один. Любезные сотрудники Новотеля снабдили меня всем, нашлись даже очки для плавания.
Везение продолжилось и дальше. Самолет вылетел точно по расписанию (если забыть про мою 12-часовую задержку), подали вкусный обед, предложили даже вино. Из аэропорта Бен Гурион я добрался на последней электричке до Тель-Авива и чудом успел на последний автобус в Тверию, который довез меня прямо до моей гостиницы. Заспанный хозяин встретил меня радушно. Он уже не ожидал меня увидеть. Картина, открывающаяся с балкона в номере была просто сказочный: месяц, звезды и огромная гора вся в огнях. Разница во времени подарила мне час сна, а, когда я уходил на пробег в 6 утра в трусах и майке, мне предложили аппетитный завтрак, от которого было трудно отказаться.
До старта добирался пешком. Было уже светло. Зимой в Тверии рассветает наступил на два часа раньше, чем в Москве. У озера собрались тысячи атлетов. Были и бегуны из России. Все, конечно, с номерами. Организаторы согласились выдать мой номер, но за ним надо было сбегать за 1,5 км на финиш и успеть вернуться. Такая у меня вышла сумбурная разминка.
Я не был готов к пробегу, да еще ночь практически не спал. Но эти подробности годились для оправдания, а мне нужен был повод одолеть дистанцию. Начал двигаться медленно, шутливо убеждая себя, что протез правого колена уравновешивается плохо видящим левым глазом. Минус на минус математике дают плюс, у меня два изъяна обеспечивают равновесие. Бежалось легко, как под уклон, я даже ждал, что трудности начнутся, когда повернем назад, но этого не случилось, и мне удалось финишировать далеко не последним. На трассе подбадривал уставших пожилых бегунов и девчонок из России, учившихся в колледже по гранту, обязанных отслужить в армии по окончании – им настоятельно рекомендовали одолеть 10 км.
Уходя с пробега, я стал подниматься в гору к отелю от церкви Св. Петра, стоящей на скале у самой кромки Галилейского моря, где по преданию воскресший Иисус повелел Петру «пасти овец его» (т.е. нас с вами). Многие бегуны-христиане молились там у статуи Христа после финиша. Отель я искал долго, надписи на иврите непонятны. Стал спрашивать дорогу у прохожих. Один таксист, увидев у меня на шее медаль и узнав, что я из Москвы, довез до отеля и не взял денег. В гостинице меня снова усадили завтракать, а потом проводили до нужного автобуса.
Со следующего дня я начал ездить на экскурсии по Святой земле. На Рождество, конечно, хотелось попасть в Вифлеем, в ту самую пещеру, где согласно Нового Завета, родился Христос. Экскурсовод напомнил, что в этом же небольшом городке еще на 1000 лет раньше, согласно Ветхого Завета, родился и пастушок Давид, победивший Голиафа и ставший иудейским царем. Вифлеем находится в арабской части Израиля, и мы проходили пограничный пропускной пункт. В Евангелии от Луки говорится: «Мария родила Сына своего и положила его в ясли, потому что не было им места в гостинице». Над этими каменными яслями воздвигнута базилика Рождества. В потолке пещеры пробито отверстие, и посетители могут взглянуть на реликвию. Базилика принадлежит армянской, греческой православной и католической церквям. Все владельцы ревностно оберегают свои права. Нередко между представителями конфессий возникают споры за честь помыть какую-нибудь ступеньку лестницы.
Интересно, что Россия владела 34 священными участками земли в Палестине, но во время правления Н. С. Хрущева, за два месяца до его снятия, 32 из них были проданы по дешевке за апельсины, на которые у нас приклеили марокканские этикетки.
За время поездки мне удалось искупаться в Иордане, где по преданию Иоанн крестил Иисуса, побывать в Назарете, где Дева Мария получила благое известие, где Иисус провел детство, на склонах Масличной горы в Гефсиманском саду, где он был схвачен, базилике Мук Христовых, в иерусалимском храме Гроба Господнего, часовне Вознесения, где находится камень со следом стопы Христовой, оставшимся с момента его вознесения… Когда подошел к стене плача, мне позвонил сын из Москвы и сообщил о теракте в Иерусалиме, унесшем жизни четырех военнослужащих. На нашу экскурсию это никак не повлияло, мы только слышали звуки сирен. На пути между Вифлеемом и Иерусалимом мы видели холм Ирода в Иудейской пустыне с одной из многих крепостей, им построенных, где он и похоронен. Интересно, что Ирод, известный у нас истреблением младенцев, считается там великим строителем.
Знакомство со Святой землей было неглубоким, но след, как тот на камне от стопы Христа в часовне Вознесения, в душе остался.
В Москву я вернулся в отличном настроении, к аэроэкспрессу шел пружинистой походкой, и даже глаз как будто бы стал видеть лучше. Через пару дней проверка в диагностическом центре показала, что зрение левого глаза действительно лучшилось с 20 до 60 процентов. Маловато, конечно: видимо, не хватило веры. Ведь, в Библии есть слова Иисуса об исцеленном им: «Как он веровал, так и будет ему»

Рождественский забег

| Янв 30, 2017 | Гостевая

5 комментариев

  1. avatar

    Спасибо уважаемому Андрею Чиркову за интересный рассказ. Прочитал с большим удовольствием. Автор ставит перед нами высокую планку. Он повествует о силе духа и неисчерпаемых возможностях человеческого организма. Так и хочется сказать ему: “Берегите себя” -- да, ведь, все равно не послушает…
    Буду ждать теперь обещанного Вами, Андрей, очерка о встрече с патриархом отечественного футбола -- Валерием Рейнгольдом. Если, конечно, таковая состоялась.

    Ответить
    • avatar

      Полностью присоединяюсь к словам Иосифа. Хотел бы в добавление пожелать уважаемому Андрею Чиркову чтобы темные силы навсегда остались в стороне, а белые силы всегда бы были рядом в любом его начинании. Читая рассказ вспоминал и наше путешествие в Израиль 20-летней давности в декабре 1997 года. Были посещены все места, отмеченные автором. При этом замечу, что, главный подвиг героя -- марафон, был бы мне не по силам и 20 лет назад. Слабой его заменой было ночное купание и его последствия в весьма прохладных водах Генисарета. Мало того, что температура воды была градусов 14, так еще при заплыве на меня напало неизвестное животное. Вот тогда я, выскочив из воды, и пробежал метров триста почти до самой Тверии. На утро наш гид сказал, что это был безобидный мангуст.

      Ответить
  2. avatar

    Очень интересный рассказ, пропитанный стремлением к мечте, верой и движением вперед. Прочитал на одном дыхании. Здесь не то, что «С легким паром», здесь можно фильм снять намного глубже и с философским смыслом. И бег, и трудности, и мечта, и прикосновение к святым местам, и путешествие. Надо отдать должное автору, бежать марафон в немолодом возрасте с поврежденным глазом и коленом требует немалого мужества.

    Ответить
    • avatar

      “С легким паром” -- глубоко философский фильм. Даже по сценарию А. Чиркова будет трудно что-то ему противопоставить. Я каждый раз, когда смотрю фильмы Э. Рязанова, убеждаюсь в их глубочайшем смысле, в их удивительной метафоричности и потрясающей игре актеров.

      Ответить
  3. avatar

    ПРИНЦИПИАЛЬНОСТЬ
    По приезде в Сельва Гардену я в очередной раз оказался в окружении людей, подобных Андрею Чиркову. Я знаю их много лет, но не перестаю удивляться силе их духа и их физической неистощимости. Наверно, это как-то связано между собой. С начала «нулевых» я помню их уже довольно пожилыми людьми – я был самым молодым в этой компании, -- и за эти годы они ничуточки не изменились. Я – да, – смотрю на себя в зеркало -- сдал, а они – нет, все те же. Время законсервировало их. Не ослаб ни их дух, ни их тело, похоже, не стало слабее. Достаточно посмотреть на них, взбирающихся на гору, а тем более – съезжающих с горы. Я уж не говорю – по дороге в аэропорт: громоздкие лыжи в одной руке, не менее громоздкие ботинки в другой, тяжеленный рюкзак за спиной… И все это семидесятилетние несут даже с большей легкостью, чем их внуки, школьники, несут свои рюкзаки. Ведь в отличие от школьников они ведомы и побуждаемы своей свободной волей.
    Это не «листья осенние» Унгаретти, это деревья – сосны вековые и дубы. Но и деревьям обозначен их век: они стоят-стоят, неподвластные, казалось бы, ни ветрам, ни бурям времени, ни один мускул не дрогнет на их «шершавой» коре, на их щеке. Но подходит их час, и они разом и с грохотом падают на землю, и лес еще долго эхом отдает звук этого паденья. «Лес» и память человеческая тоже. В частности, моя память.
    Для некоторых из них с момента «падения» уже прошли годы, а они все, как живые, стоят у меня перед глазами. Нет, не стоят – едут, несутся со своих любимых гор, и ни ветер, ни снег и ни дождь, ни даже густой туман им в этом не помеха.
    Казалось бы, чего глупее! Ну, молодой еще ладно: не чувствует своего тела, особо не опасается травм (до свадьбы…), в голове – тоже ветер, и нечего еще, в общем-то, терять… Но эти… Ведь одно неловкое, неосторожное движение, и вся оставшаяся недолгая жизнь – под откос… Оправдан ли такой героизм? Не следует ли его назвать не героизмом, а скорее бесшабашностью или даже безбашенностью или – чего уж там – просто глупостью? Герой, герой настоящий, он ведь не просто так, он ведь идеи ради… Зачастую большой, а то и просто великой… За свободу, за родину… за жизнь, за море, за родные пароходА…
    Да, но это с точки зрения эмпирики – практики нашей обычной жизни. А если посмотреть на дело шире и под несколько иным углом? – Да, сложно; да, непривычно; да, все мы в наш сугубо прагматичный, рациональный и позитивистский век стали тоже сугубо эмпириками и практиками. Сугубо рациональными и прагматичными людьми. Но добавьте сюда немного метафизики, рассмотрите наше существование под углом вечности, и… картинка, быть может, станет совсем другой…
    … Иногда мне это удается, и многое в эти моменты мне видится совсем в ином свете. Вот так же как и в истории с этими моими друзьями-горнолыжниками. Чуть-чуть изменил фокус, взглянул на них чуть другими глазами, да просто встал с ними на один склон, и вот уже не старые дуралеи, выжившие из ума и подвергающие себя без всякой на то нужды чуть ли не смертельной опасности, а – гранитная скульптурная группа вставших и продолжающих твердо стоять на своем людей. Бросивших вызов судьбе, времени, пространству, самим себе… И не желающих сходить с этого места и с этой совей жизненной позиции ни на шаг. Это не значит, что они не отдают себе отчет в безнадежности своего «дела». Возможно, больше даже, чем все остальные, отдают, но от своего они все же не склонны отступаться. Ни наклоняться, ни прогибаться, ни отклоняться от заданного курса, ни даже просто шататься… Да, они не зашатаются, они просто рухнут, когда пробьет час. И для кого-то, в частности для меня, это станет примером стойкости, доблести и чести.
    Так уж совпало, что именно в эти дни на Акрополе – хотя да, ведь 23 февраля! – обсуждалась именно эта тема – тема геройства, и к прочтению была рекомендована статья основателя Акрополя – Хорхе Анхель Ливраги «Герой сегодня и всегда»: http://www.manwb.ru/articles/philosophy/filosofy_and_life/HeroHoi_JAL . Мне бы хотелось выставить эту статью в нашей рубрике «Не одни мы такие умные» в знак признания и памяти тех людей, о которых шла речь в этой заметке.

    Ответить

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *